Педагогические методы святителя Игнатия Кавказского (Брянчанинова)

Статья
На основе книги схиархимандрита Иоанна (Маслова) «Лекции по пастырскому богословию»

В труде «Лекции по пастырскому богословию» отец Иоанн (Маслов)
отмечал, что Русская Церковь знала только трех святителей, покинувших
кафедру для того, чтобы целиком отдаться подвижническим трудам и
литературной деятельности (явление, по словам отца Иоанна, незаурядное),
святителей Тихона Задонского, епископа Игнатия (Брянчанинова) и епископа
Феофана Затворника.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) в «Аскетических опытах»,
рассказывая о посещении Валаама, вспоминает о Глинской Рождество —
Богородицкой пустыни, как одной из немногих обителей, отличавшихся
особой высотой духовной жизни, которая проявлялась и во внешнем
обустройстве пустыни. «Быть бы в Валаамском монастыре большому
каменному соборному храму, [как в Глинской пустыни], который бы совмещал
в двух этажах теплую и холодную церкви, ограде каменной, которая бы
защищала внутренность монастыря от ветров; но именно кельи могли бы
быть деревянные, стоя в довольном расстоянии одна от другой для безопас-
ности в случае пожара, они окружали бы церковь со всех сторон. Прекрасно
это расположение: при удобствах, им доставляемых, оно изображает, что
жители таких хижин, обращенных к храму Божию, имеют единственной
целью служение Богу, признали себя странниками на земле, признали одной
своей потребностью — Бога, а потому вокруг Скинии Его поставили свои
кущи. Так расположено строение в Глинской пустыни…». В труде отца
Иоанна, посвященном пастырскому служению епископа Игнатия
(Брянчанинова), включенному в «Лекции по пастырскому богословию»,
современные воспитатели, педагоги, родители могут найти немало полезных
педагогических советов. Воспитание души человека — вечная тема. Святитель
Игнатий Брянчанинов — выдающийся педагог, и различные приемы, методы,
способы, описанные им и применяемые в духовном руководстве, выделены
особо отцом Иоанном. Эти методы незыблемы в деле воспитания,
направленном на спасение человеческой души, и являются важной частью
святоотеческой сокровищницы, которая необходима современным учителям,
воспитателям и родителям, так как стоит на фундаменте истинного
понимания человека и его свойств, содержит неизменные во времени подходы
к образованию и воспитанию человека.

Далее публикуются извлечения из труда схиархимандрита Иоанна Маслова
«Пастырство епископа Игнатия (Брянчанинова)» [Лекции по пастырскому
богословию с.241-255]

Глинская пустынь

Епископ Игнатий (Брянчанинов) является одним из представителей
знаменитых подвижников-богословов XIX века, которые не столько мыслили
и философствовали о христианстве, сколько жили им.
Епископ Игнатий (родился 6 февраля 1807 г.) происходил из дворянской
семьи, в которой получил и строгую религиозную настроенность, и
прекрасное образование. Еще с детства он имел стремление и желание принять
монашество. Сразу же после окончания главного инженерного училища, куда
он поступил по настоянию отца на 16-м году жизни и которое окончил первым,
он подает прошение об отставке.

В 1831 году он принял монашеский постриг и вскоре был назначен
настоятелем одного из вологодских монастырей. В 1833 году будущий
святитель вызывается в Петербург и поставляется настоятелем Сергиевой
пустыни, в которой пробыл архимандритом около 24 лет, т. е. до отъезда в
Ставрополь по посвящении в сан епископа Кавказского и Черноморского. На
кафедре Владыка пробыл 4 года и в 1861 году удалился на покой в Николо-
Бабаевский монастырь (на Волге близ Костромы), где и преставился 30 апреля
1867 года.

Всю свою жизнь епископ Игнатий непрестанно изучал творения святых
отцов, никто из современников не мог сравниться с ним в знании отеческих
писаний. «Это была живая библиотека отцов», — писал о нем игумен Антоний
(Бочков). «Чтение отцов, — писал о себе богомудрый архипастырь, — с полной
ясностью убедило меня, что спасение в недрах Православной Церкви
несомненно. Оно открыло мне, что сделал Христос для человечества; в чем
состоит падение человека; почему необходим Искупитель и в чем заключается
спасение».

Основным психологическим импульсом духовной настроенности епископа
Игнатия было чувство лично живого и непосредственного отношения к
Искупителю Христу и сильная жажда спасения и искупления. Живое, опытное
познание Бога-Спасителя — эта идея проникает все писания Владыки.
Будучи настоятелем Сергиевой пустыни, Владыка часто посещал
петербургское общество. Многие тогда удивлялись, как он, подвижник и
молитвенник, не чуждался вместе с тем общества, бывал приятным
собеседником людям светским, умел возбуждать в них к себе доверие и
действовать на них ко благу душевному. Видя в нем не столько лицо духовное,
сколько доброго знакомого, равного по уму и образованию, многие, весьма
нерасположенные к иночеству лица любили бывать у него в обители и видеть
его в своих домах, что незаметно склоняло их к благочестию. Благочестие
было целью и основою всех бесед отца Игнатия, и самый светский разговор он
всегда старался свести к душеназиданию своих слушателей; нередко заставлял
задумываться самых беззаботных.

Николо-Бабаевский монастырь
Свято-Троицкая Сергиева Приморская пустынь

Отличаясь строгостью к себе, епископ Игнатий был снисходителен к немощам
человеческим. Он охотно прощал недостатки своим духовным чадам, когда
видел их искреннее раскаяние и начатки исправления. Эту черту милосердия
доброго пастыря можно видеть во многих его письмах. Владыка не только не
отвергал согрешающих, но, наоборот, старался поддержать, исправить и
привести ко Христу. Епископ Игнатий умел воздействовать на людей не
только примером своей высоконравственной жизни, но и даром слова. Этот
талант Владыка также посвящал на служение ближним. Он видел в этом свое
призвание. Считая душеполезное слово милостыней, епископ Игнатий щедро
раздавал его. Владыка, с присущей ему духовной мудростью, умел применять
к своей жизни наставления древних подвижников, сообразовываясь с
современными ему условиями; во многих своих сочинениях, проповедях и
письмах он отразил учение святых отцов, примененное к требованию
современности. На свои произведения святитель смотрел не как на свою
собственность, но считал их даром Божиим. Я, — писал он в своих сочинениях,

был только орудием милости Божией к современным православным
христианам, крайне нуждающимся в ясном изложении душевного
христианского подвига. Преисполненный великого смирения и глубокого
чувства покаяния, Владыка больше всего желал быть примером для пасомых
не словом, а самой жизнью, и это желание можно видеть в его творениях и
письмах. «Довольно, если буду взирать на грехи свои, стремиться к покаянию
и плачу, и на сию спасительную ниву изгонять вверенное мне стадо жезлом
примера и учения». Из этого смиренного и покаянного источника — своего
сердца — добрый архипастырь и давал наставления, заботясь о спасении душ,
вверенных ему Богом.

Епископ Игнатий своим богопросвещенным духом постоянно ощущал
суетность и кратковременность земной жизни. Вся земная жизнь христианина,
по мнению Владыки Игнатия, должна быть школой для приготовления к
вечности. Жизнь христианина- путника, идущего в Небесный Иерусалим, —
должна быть теснейшим образом соединена со Христом через исполнение
евангельских заповедей. Добродетельная жизнь делает христианина уже на
земле причастником неба. Только тот, кто еще на земле жизнью во Христе
сделал себя способным к восприятию начатков небесной радости, будет
сопричтен к ней в бесконечно большей степени на небе. «Земля — страна плача;
небо — страна веселия; небесное веселие вырастает из семян, посеянных на
земле».

Призывая своих пасомых следовать за Христом, святитель Игнатий
советует каждому взять свой крест, помня завещание Спасителя: «Аще кто
хощет по Мне идти, да отвержется себе и возмет крест свой и по Мне грядет».
Взятие креста своего есть добровольная, благоговейная покорность воле
Божией при всех скорбях, посылаемых и попускаемых Промыслом Божиим.
Ропот и негодование при скорбях и напастях есть отречение от креста. Чтобы
последовать Христу, надо свою жизнь направить по Его заповедям, указанным
в Евангелии, и отречься от своего греховного разума и своей воли, которые
противоречат разуму и воле Божией. Каждый, кто желает узнать волю Божию,
должен приступить к Евангелию — этой вечной книге жизни, — и в ней найдет
Истину, следуя которой, может унаследовать блаженство. Истина — Христос.
«Христос, — говорит священномученик Петр Дамаскин, — сокровен в
Евангелии; желающий найти Христа может найти Его в Евангелии».

Священномученик Петр Дамаскин

Епископ Игнатий считал, что святое Евангелие есть основа духовной жизни
христианина. Им необходимо поверять правильность своей духовной жизни,
своего шествия по лествице духовного совершенства. Читать Евангелие нужно
постоянно, и не просто читать, а благоговейно изучать его. Владыка советует
каждому христианину усвоить Евангелие настолько, «чтоб ум твой, так
сказать, плавал в нем, жил в нем; тогда и деятельность твоя удобно соделается
евангельскою. Этого можно достичь непрестанным благоговейным чтением,
изучением Евангелии». Деятельное изучение Евангелия постепенно откроет
человеку его греховность и то, каким должен быть новый обновленный
человек, почерпая из Евангелия образ мыслей и действий, каждый христианин
перерождается из человека плотского в духовного, «созданного по Богу» (Еф.
4, 24).

По мнению святителя Игнатия, истолкование и понимание Священного
Писания должно быть согласно с мнением и учением св. отцов Восточной
Церкви. Иначе можно уклониться от правильного понимания его и тем самым
погубить свою душу. «Как же вы хотите, — продолжает епископ Игнатий,
произвольно понимать духовное слово, которое и произнесено не
произвольно, а по внушению Духа, и само запрещает произвольное
толкование. Дух произнес Священное Писание, и только Дух может толковать
его. Поэтому всякому, желающему стяжать истинное познание Священного
Писания, необходимо чтение святых отцов». Глубоко изучив святых отцов
Восточной Церкви и на опыте убедившись в духовности и спасительности их
учения, епископ Игнатий уверенно и настойчиво привлекал к этому сонму свя-
тых мужей и своих духовных детей, которые обращались к нему за
душеспасительными наставлениями. Он верил, что постоянное упражнение в
чтении трудов святых отцов будет для каждого христианина надлежащим
компасом, указующим правильный путь ко спасению. Это истинное мнение об
учении святых отцов. Владыка старался донести до сознания своих
слушателей. Вот как об этом сказано в одном из его писем: «Вы убедились, что
единственный непогрешимый путь ко спасению — неуклонное следование
учению святых отцов при решительном уклонении от всякого учения
постороннего, от самых своих разумений, доколе разум не исцелится от недуга
своего и не соделается из плотского и душевного — духовным».

Святитель Игнатий был учителем покаяния. Главным содержанием его
учения был призыв к покаянию. Покаяние он считал основой всех видов
христианского подвига.

Святитель Игнатий Брянчанинов

По учению епископа Игнатия, покаяние есть дверь, которой мы входим в
Небесное Царство. Он писал: «Милосердый Господь, уготовав нам дивное,
небесное, вечное Царство, указал дверь, которою мы можем войти в
спасительную пажить Духа и Истины, — дверь покаяния. Если пренебрежем
покаянием, без всякого сомнения окажемся вне. Добрые дела естественные, по
чувствам, никак не могут заменить собой покаяния. В покаянии — вся тайна
спасения». Пока христианин жив, он должен постоянно пользоваться
врачевством покаяния и никогда не отчаиваться в грехопадениях. Через
покаяние христианин возрастает духовно и удостаивается великих милостей
Божиих. Только при посредстве покаяния можно перейти из состояния
душевного в состояние духовное. В одном из писем святитель пишет, что
покаяние необходимо всем последователям Христа на любой степени
совершенства…. Тщетны, бесплодны, часто душевредны подвиги и самые
возвышенные, когда они не растворены чувством покаяния.
Этой истине богомудрый архипастырь следовал не только в творениях и
письмах, но и в личном своем общении с пасомыми и, особенно, учениками.
Он учил и воспитывал каждого ученика по его силам и способностям, не щадя
своих сил, не жалея времени, и если его ученикам бывало нелегко принимать
его учения и усваивать себе его правила, то и ему немало трудов стоило
каждого отдельно воспитывать, внушать любовь к урокам и возводить в
духовное состояние.

Епископ Игнатий душу свою полагал за учеников своих; он прощал всякую
немощь, лишь бы человек сознавал ее с покаянием, но ненавидел лукавство и
фарисейство; гордость и тщеславие обличал и искоренял ежедневно. Система
воспитания новоначальных у отца Игнатия была такова: он приучал их быть
откровенными с ним не только в делах, но и в помыслах. Такая откровенность
и близость отношений не допускала учеников до грубых погрешностей: как-
то было стыдно и жалко оскорбить своего отца и благодетеля, который
старался не стеснять их, не воспрещал веселости в обращении между собой,
даже в его присутствии. Отец Игнатий ненавидел несогласия и ссоры: если
случалось кому поссориться, он немедленно призывал их к себе и мирил,
чтобы не оставалось неприязни до другого дня. Один из духовных чад отца
Игнатия так усвоил себе это правило, что бывало, вечером ходит всюду, ищет
брата, с которым размолвился, и всех спрашивает: не видал ли такого-то? И на
вопрос: на что тебе его, отвечал: «Да видишь ли, давеча с ним поразмолвил, а
отец говорит: «Солнце да не зайдет во гневе нашем»; надо прощенья
попросить». И непременно отыщет брата и исполнит сие благое намерение.
Жизнь святителя Игнатия была исполнена многих скорбей и болезней, но,
постоянно помня спасительные слова Господа нашего Иисуса Христа: «В
терпении вашем стяжите души ваша» (Лк. 21, 19), он все великодушно
претерпевал с надеждой на помощь Божию. Считая посылаемые Господом
земные скорби залогом вечного спасения, епископ Игнатий отечески призывал
переносить скорби с терпением. Терпение же должно быть с благодарением и
славословием Спасителя. Только при этом человек скоро получает обильную
благодать, укрепляющую его в подвиге терпения.

Система воспитания новоначальных у отца Игнатия была такова: он приучал их быть откровенными с ним не только в делах, но и в помыслах.

Сергиева Пустынь. Братский корпус.

Многоразличными были слова утешения, которыми Владыка подкреплял
своих духовных чад. Видя души пасомых, он своим любвеобильным сердцем
хорошо чувствовал, что кому сказать и как подкрепить угнетенного
множеством скорбей. Постоянной целью архипастыря было как можно скорее
и надежнее помочь и утешить в «беде сущего». Одних утешал он примером
Христа Спасителя, претерпевшего для нашего спасения крестные страдания.
Другим говорил, что скорби кратковременны и скоропреходящи. Некоторых
утешал с состраданием, указывал на свои постоянные болезни, умоляя
совместно безропотно переносить болезни. Одного из своих приближенных
добрый попечитель ободрял надеждой вечных благ. Владыка писал: «Терпи
великодушно яростные волны, терпи великодушно напор свирепых ветров,
терпи силою веры — и Христос приведет тебя в свое время в покой Свой. По
множеству болезней, которые тебя посещают в этой жизни, великие утешения
ожидают тебя». Если скорби возникали по причине или вине самого
страждущего, то таким архипастырь советовал не только терпеть, но и
принимать меры к устранению самой причины, вызвавшей скорбь.
Иногда, по премудрым судьбам Божиим, Господь через скорби избирает
Себе служителей. Хорошо понимая и чувствуя это, святитель писал
некоторым в утешение: «Тому человеку, которого Бог избирает в служение
Себе, посылаются скорби. За скорби должно благодарить и славословить Бога,
моля Его, чтобы даровал покорность Ему и терпение». Скорби посылаются и
тем, кто усердно занимается внутренним подвигом, но опять же, единственно,
для духовной пользы последних. Только в этом случае нужна усиленная
надежда на Бога, от чего подвиг увеличивается большими духовными
успехами. В одном из писем Владыка писал: «Подвижникам, занимающимся
умственными подвигами, попускаются преимущественно пред телесными
подвигами болезни и другие скорби; от действия их подвижник по
необходимости должен возлагать надежду на Бога. От усиления надежды на
Бога слабеет самонадеянность; с уменьшением самонадеянности уменьшается
самомнение. С ослаблением этих недугов начинает зарождаться в душе
истинное смирение, на котором основаны правильность и прочность всякого
подвига». От благодарения во время постигшей скорби воспитывается не
только смирение, необходимое для спасения, но рождается и живая вера и
подается благодатное утешение.

Своим современникам, требующим у Владыки душеспасительного
назидания, он писал: «Милосердый Господь, дарующий путь спасения и самое
спасение произволяющим спастись, да укажет вам подобающий путь. В наше
время предоставлено спасаться наиболее терпением скорбей”. Христианская
добродетель терпения является одной из важнейших добродетелей на пути
спасения. На нее указывал Христос Спаситель (Лк. 21,19). Ее имели и
спасались все святые. К этой добродетели призывал и продолжает призывать
в своих творениях и письмах попечитель спасения человеческих душ — епископ
Игнатий. Он обращается ко всем жаждущим спасения и говорит: «Итак,
благодушествуйте посреди волнения, предайте себя воле Божией…».
О молитве епископом Игнатием написано очень много. Занимаясь сам
постоянной умной молитвой и получая посредством ее благодатное утешение,
Владыка считал своим долгом передать опыт молитвенного делания своим
последователям. В письмах к духовным чадам он часто говорил о том, что
необходимым условием благодатной молитвы является внимание:
«Желающий заниматься богоугодной молитвой должен заботиться только о
том, чтобы во время молитвы ум его сохранял внимание…». От внимания дух
наш приходит в смирение; от смирения рождается покаяние…».

Для успешности молитвы архипастырь предлагает умеренное правило. Но в
молитвенном правиле мудрый святитель никогда не связывал своих пасомых
внешними условиями. Больным и слабым он представлял возможность
несколько увеличить или уменьшить молитвенное правило в соответствии с
их силами. «Относительно правила молитвенного — знайте, что оно для вас, а
не вы для него, но для Господа. Почему имей свободу с рассуждением. При
немощи убавляйте, при силе прибавляйте — и то, и другое с умеренностью и
осторожностью; потому что мы крайне немощны и окружены татями и
убийцами отовсюду. Когда вы не бываете в Церкви, то читайте правило,
предписанное вам».

Начинающим свою духовную жизнь владыка советует молиться понемногу, но часто, чтобы сохранить вкус к молитве и не произвести в уме утомление, от которого происходит оставление молитвы.

И. И. Левитан. Золотой плёс

Начинающим свою духовную жизнь владыка советует молиться
понемногу, но часто, чтобы сохранить вкус к молитве и не произвести в уме
утомление, от которого происходит оставление молитвы. «Когда находишься
один, молись несколько вслух, чтобы слышать самому себя. На приходящие
мысли, как бы они ни были явственны, не должно обращать никакого
внимания”. Молитвенный подвиг христианина приносит обильные плоды, но,
прежде чем молящийся сподобится получить их, ему нередко приходится
преодолеть многие внутренние трудности. «Молитвенный подвиг, батюшка
мой, — говорил Владыка одному из вопрошающих, — есть подвиг. Надо
трудиться. Кто терпеливо молится своею оскверненною молитвою и не
покидает ее, тому Бог в свое время дает истинную молитву. Внимай себе, т. е.
словам молитвы, и не внимай помыслам, приходящим во время ея».

Опытный делатель молитвы епископ Игнатий предупреждает, что молитве
иногда сопутствует обильное умиление, а иногда в душе наступает особая
сухость. «На эти перемены должно смотреть равнодушно, как смотрит на
перемены погоды опытный земледелец, зная, что после ненастья бывает вёдро,
а после вёдра ненастье. Враг рода человеческого завидует христианам,
занимающимся внимательной молитвой и, чтобы препятствовать им в этом
добром деле, наводит на них различные искушения». Святитель Игнатий,
предупреждая делателя молитвы, говорит словами святых отцов: «Помолясь
как должно, ожидай противного». Это значит, что после внимательной
молитвы, когда нам даруется обильное умиление, всегда случается какое-либо
смущение или искушение. От смущения следует храниться, т. е. отвергать его,
когда оно придет, а тому, что оно приходит, не должно удивляться. Нападение
на нас греховных помыслов попущено для нашей пользы, потому что оно
приводит нас к смирению, к опытному познанию нашего падения, нашей
греховности. Велико значение молитвы в духовной жизни христианина.

Время, посвященное молитве, не истрачено понапрасну, а употреблено для на-
саждения в своей душе Царствия Небесного и приближения к Богу. Молитва
помогает христианину в жизни: поселяет в его душе мир, возбуждает милость
и сострадание к человеку, искореняет страсти, делает человека холодным к
миру и покорным Богу, дает силы для борьбы о греховными помыслами и
влечениями. Она жителя земли делает причастником небесных и вечных благ.
Епископ Игнатий в своих сочинениях уделяет большое внимание основной
христианской заповеди — любви, и в своих творениях и письмах к пасомым
постоянно призывает к евангельской любви. Стяжанию ее владыка посвятил
всю свою жизнь и только ее он считал настоящей любовью. «Понимаю только
ту любовь, которая действует по священным велениям Евангелия, при его
свете, которая сама — свет, — писал он. — Другой любви не понимаю, не признаю.
Истинная, святая любовь к Богу и ближним отчетливо изображена в
Евангельских заповедях; правильное, непорочное действие ее является в
исполнении заповедей. Кто любит Меня, сказал Господь, заповеди Мои
соблюдет. В такой любви не может быть ни мечтательности, ни плотского
разгорячения». Говоря об истинной любви, святитель писал: «Истинная
любовь строга и, являясь в делах, не нуждается в личине — ласковости и
льстивости, которыми непременно прикрывает себя самолюбие для обмана
ближних»

Святое Евангелие заповедует христианину иметь любовь не только друг к
другу, но и к врагам. Разъясняя евангельский текст о любви к врагам, Владыка
писал: «Здесь ясно и определенно изображено, в чем должна состоять любовь
к врагам: в прощении нанесенных ими обид, в молитве за них, в благословении
их, т.е. в благих словах о них и благодарении Бога за наносимые ими напасти,
в благотворении им соответственно силам и духовному преуспеянию, в
благотворении, которое может простираться до вкушения телесной смерти для
спасения врага. Пример такой любви явил Спаситель. Хотя Евангелие говорит
о любви к врагам, но в нем же повелевается не вверяться им (врагам) и быть с
ними очень осторожными. Но сколько плодовита эта заповедь, столько и
трудно стяжать её. Молитесь Господу, и Он пошлет в ваше сердце благодатное
и разумное чувство, которым возлюбите врагов и обидящих как орудие
правосудия Божия». Владыка Игнатий учил, что любовь должна быть
освящена духовным рассуждением. Любить друзей нужно во Христе, чтобы
Христос был любим в ближнем, а ближний был любим как создание Божие».
Христианин, приобретший евангельскую добродетель — любовь — не
расстанется с нею и в будущей жизни; по словам святого Апостола Павла,
«любовь никогда не перестанет» (1 Кор. 13, 8), и святитель Игнатий говорит:

«Одно благо, которое пойдет с нами туда — «любовь к Богу и ближнему».
Каждому христианину для воспитания себя по заповедям Евангелия
необходим телесный и душевный подвиг. Святитель Игнатий говорил:

«Всякому новоначальному сперва надо преподать делание заповедей
Христовых, совершаемое телом; а когда по значительном времени он окажется
верным в этом делании, то преподать ему и блюдение ума (душевное делание),
но только очень просто и умеренно», ибо «душевное делание естественно
человеку и составляет неотъемлемую принадлежность его».

Посильные труды приучают христианина отсекать свою греховную волю,
приучают к послушанию и способствуют укрощению страстей, гнездящихся в
сердце каждого человека. Епископ Игнатий, сравнивая сердце человеческое с
землей, говорил: «Телесные подвиги необходимы для того, чтобы землю
сердечную соделать способною к принятию духовных семян и к принесению
духовных плодов… Оставление телесных подвигов соделывает человеков
подобными скотам, давая свободу и простор телесным страстям…. Телесный
подвиг нужен даже и для святых, соделавшихся храмами Святого Духа, чтоб
тело, оставленное без обуздания, не ожило для страстных движений и не
послужило причиною появления в освященном человеке скверных ощущений
и помыслов, столько несвойственных для нерукотворенного духовного храма
Божия». По мнению святителя Игнатия, телесный подвиг должен быть
соединен с душевным; иначе, при оставлении последнего, у христианина
развиваются душевные страсти. Как тело без души мертво, так и телесный
подвиг без душевного бесплоден. Душа оживляет тело, а духовный подвиг
оживляет телесные подвиги. Тело без души подвергается тлению и издает
зловоние, так и наружное благочестие без умного делания «сперва оказывается
чуждым духовного плода, потом заражается тщеславием, самомнением… и
другими трудно выявляемыми страстями».

Владыка считал, что «душевный подвиг может и один, без телесного,
совершить очищение; телесный же, если не перейдет в душевный, —
совершенно бесплоден, и более вреден, чем полезен: удовлетворяя человека,
не допускает его смиряться, напротив того, приводит к высоте мнения о себе
как о подвижнике, не подобном прочим немощным человекам». Душевный
подвиг имеет первостепенную важность в духовной жизни, однако, по учению
Владыки, «подвиг телесный, совершаемый с истинным духовным
рассуждением, необходим для всех одаренных здоровьем и сильным
телосложением; с него надо начинать путь спасения».

«Совершителю телесных и душевных подвигов, — говорит святитель, —
необходимо также и смирение, без которого не может увенчаться ни один
подвиг. Смирение почти рядом идет с подвигом, т.е. доставляет почти тот же
успех, каковый доставляется подвигом. Смирение одно, само по себе, полезно;
а подвиг без смирения не приносит никакого плода, — напротив того, приносит
вред, вводя в высокое о себе мнение и в осуждение ближних. Смирение
состоит в том, чтоб признать себя достойным того положения, в котором мы
находимся, и недостойным положения лучшего и высшего, даже и в духовном
отношении, и покорно предавать себя воле Божией…. В наше время Бог дарует
спасение более при посредстве смирения, нежели подвига; ныне при
умножившихся немощах подвиг особенно опасен, как сильно наветуемый
осуждением, притом требующий опытного руководителя; а смирение — всегда
непадательно. Самые немощи и грехи, когда мы сознаемся в них и
раскаиваемся, способствуют смирению».

Посильные труды приучают христианина отсекать свою греховную волю, приучают к послушанию и
способствуют укрощению страстей, гнездящихся в сердце каждого человека.

Архимандрит Игнатий Малышев

В заключение приведем слова бывшего келейника святителя Игнатия,
архимандрита Игнатия (Малышева), в которых хорошо раскрыто значение
учения епископа Игнатия для ищущих путь к вечной жизни: «Вы отверзли
небо, — писал он, — потекли воды, и жаждущие люди напоились. Выдали пищу,
которая алчущих питает. Так я разумею о ваших творениях и от избытка
чувств и душевной благодарности ничего более сказать не могу. Тот лучше
знает, что даст бедной душе, — кто благородно созерцается, уделяет от этой
трапезы неимущему. Ваша книга — книга жизни и учение воды живой,
напояющей души человеческие. Это учение в наше скудное время необ-
ходимо, как вода во время пророка».

Схиархимандрит Иоанн (Маслов) отмечает, что систематическое изучение
творений святых отцов во многом способствовало формированию
педагогических воззрений святителя Игнатия. Земную жизнь человека он
называет школой для приготовления к вечности, что указывает на высокий
уровень ответственности педагога за вверенные ему человеческие души.
Учитель — это пример для склонной к подражанию детской души.
Исследуя жизнеописание святителя Игнатия, составленное
схиархимандритом Иоанном (Масловым), можно сказать, что святитель
использовал следующие педагогические методы, средства и приемы для
воспитания своих учеников:

  • умел внушать ученикам любовь к учению;
  • благочестие было целью и основой всех его бесед с учениками;
  • умел воздействовать на людей не только примером своей
    высоконравственной жизни, но и даром слова. Этот талант святитель также
    посвящал на служение ближним. Он видел в этом свое призвание. Считая
    душеполезное слово милостыней, епископ Игнатий щедро раздавал его;
  • с присущей ему духовной мудростью, умел применять к своей жизни
    наставления древних подвижников, сообразовываясь с современными ему
    условиями. Во многих своих сочинениях, проповедях и письмах он отразил
    учение святых отцов, примененное к требованию современности. На свои
    произведения святитель смотрел не как на свою собственность, но считал их
    даром Божиим
  • использовал многоразличные слова утешения для своих учеников: своим
    любвеобильным сердцем он хорошо чувствовал, что кому сказать в скорбях,
    чтобы поддержать и укрепить дух.

Вот примеры его мудрых утешений: одних он утешал примером Христа
Спасителя, претерпевшего для нашего спасения крестные страдания; другим
говорил, что скорби кратковременны и преходящи; некоторых утешал с
состраданием, умоляя совместно безропотно переносить болезни, указывая на
свои постоянные болезни; кого-то ободрял надеждой вечных благ; если скорби
или болезни возникали по вине самого страждущего, то таким святитель
Игнатий советовал не только терпеть, но и принимать меры к устранению
самой причины, вызвавшей скорбь.

Святитель Игнатий некоторым писал в утешение, что того человека,
которому посылаются скорби, Господь избирает в служение Себе, и за скорби
надо благодарить Бога, моля Его, чтобы даровал покорность Ему и терпение.

умел быть примером для учеников не словом, а самой жизнью, в которой
великое смирение и глубокое покаяние просвещали сердце наставника для
мудрого руководства;

  • проявлял снисходительность к немощам учеников;
  • прощал всякую немощь, если видел искреннее раскаяние человека и начало исправления;
  • умел возбуждать к себе доверие и действовать на людей ко благу душевному;
  • умел направлять жизнь учеников по заповедям Божиим;
  • душу свою полагал за учеников, не щадил своих сил, не жалел времени;
  • к каждому ученику находил индивидуальный подход: учил и воспитывал каждого по его силам и способностям;
  • каждого воспитывал отдельно;
  • искоренял лукавство;
  • гордость и тщеславие обличал ежедневно;
  • не допускал ябедничества;
  • старался не стеснять учеников и не воспрещал веселости в обращении их между собой даже в его присутствии;
  • следил, чтобы в душе учеников не было кумиров;
  • заставлял задумываться самых беззаботных о смысле жизни;
  • приучал учеников быть откровенными с ним не только в делах, но и в помыслах (такая откровенность не допускала учеников до грубых погрешностей);
  • примирял враждующих, учил просить прощение, чтобы не осталось неприязни до следующего дня.

Указанные методы требуют осмысления и имеют большое значение для использования в современной практике.

Источник: Журнал «Глинские чтения»

Оцените статью
Московская педагогическая академия
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я даю согласие на обработку персональных данных и принимаю политику конфиденциальности.